Рассвет в глубине бесконечности. Первая книга из цикла «Караваны миров» - Елена Гордеева

Анзор выбрал стол в глубине зала у прозрачной стены рядом с небольшим фонтаном, который шумел и переливался всеми цветами радуги. Все вдруг почувствовали, что очень голодны. После перелета с Земли никто не успел пообедать.

– Ну-с, что будем заказывать? – Анзор обвел глазами компанию.

– Непременно – сациви, – Наташа потерла ладони, – Если грузин хвалит, значит, это действительно, шедевр!

– О, если бы его готовила моя мама, вот тогда это был бы шедевр! Только в Бакуриани растут такие травы, которые делают из сациви – САЦИВИ! – он как бы в экстазе воздел руки к небу, – Что они тут на Луне могут вырастить в своей гидропонике, эх! – Но, – он поднял палец вверх, – из всех забегаловок в обозримом космическом пространстве, здесь подают сациви, максимально похожее на мамино!

– Анзор, ты у нас известный знаток галактических кухонь. Закажи на свой вкус, – Игорь пододвинул ему пульт меню.

Анзор пробежал тонкими длинными пальцами по пульту. Через 15 минут девушка-андроид прикатила к столу сервировочный столик. Она ловко расставила блюда на столе, откупорила бутылку вина и разлив его по бокалам, удалилась.

– Хванчкара? – Сергей взял бутылку и удивленно разглядывал этикетку.

– Да, представь себе!, – ответил Анзор, – Научились перевозить это капризное вино даже на Луну! В древние времена его возили на быках в бочках на телегах, заполненных соломой, чтобы, не дай Бог, не трясти по дороге. Оно тут же теряет все свои качества и вкус.

Наташа взяла бокал и пригубила вино. Букет был изумительный! Девушка вспомнила теплые летние вечера на террасе с летящими белыми занавесками и плеск черноморской волны почти у порога, шелест огромных разлапистых листьев инжира над головой и гроздья черного блестящего винограда, свисавшего с арочной беседки во дворе. Так много напомнил ей аромат искрящегося напитка в бокале. Как далеко теперь эта благодать! Подняв глаза, она неожиданно встретила внимательный и какой-то настороженный взгляд Игоря. Он тут же отвел глаза и включился в общую беседу. Молодые люди говорили о последних достижениях в телепортации, о контакте с пришельцами, о том, какие необычные у них глаза – фасеточные, как у земной мухи.

– Представляете, они каждой фасеткой могут смотреть только на какой-то один сегмент объекта и посылать в мозг информацию о нем. В сером веществе все это складывается в информационный поток, и определенный кусочек мозга выдает цельную картину видимого для пришельца участка мира! – Сергей восторженно хлопнул себя по коленям.

– Я их видел только по видеофону, – Слава Дмитриенко пожал плечами. – Два метра роста, вполне себе человеческая внешность. Вот глаза действительно, странные. Кожа очень белая, без румянца, светлые, золотистые, прямые волосы до плеч. Они даже красивы, просто великолепные образчики природы!

Слава подумал, что, слава Богу, не пришлось общаться с ними. Кто знает, может быть тоже, сейчас лежал бы в карантине и ждал смерти. А умирать ему не хотелось. На Земле ждала Ольга и маленький сын Алешка, весь в пухленьких перетяжечках. Он только-только начал топать самостоятельно. Слава вздохнул, – «Когда вернусь, он уже и помнить меня не будет», – но отогнал грустные мысли и, взглянув на командира, заметил, как внимательно тот смотрит на Наташу.

Наташа звонко смеялась какой-то очередной шутке грузина. Ее глаза сияли, она была счастлива. Счастлива, что она рядом с Артемом, что летит вместе с этими отличными ребятами на неведомую планету, где предстоит очень важная и интересная работа. Вино придало ее облику что-то первобытное, румянец разлился во всю щеку, губы смеялись. Она была очень хороша, и не одно мужское сердце дрогнуло за этим столом.

– Какие они все тут спортивные! – Наташа разглядывала танцующих.

– Как говорится, волей-неволей…, – ответил Сергей.

– Что ты хочешь этим сказать? – не понял Артем.

– Они тут полжизни торчат в спортзале. Это ведь здесь искусственная гравитация, а на поверхности очень слабое притяжение. Основные работы ведутся на поверхности. И, если они не будут поддерживать хорошую форму, их мышцы скоро атрофируются, и они никогда не смогут вернуться на Землю.

На танцполе заиграла медленная музыка из мюзикла «Танцующие эвридики». Игорь быстро поднялся и, как будто боясь передумать, пригласил Наташу на танец. Девушка улыбнулась и, подав ему руку, отправилась на площадку.

Они танцевали, медленно кружась. Компания за столом удивленно наблюдала за ними.

– Командир выздоравливает! – брякнул Анзор.

– От чего? – осведомился Артем, допивая третий стакан вина. Биолог явно наслаждался жизнью – с удовольствием пил и с не меньшим энтузиазмом закусывал. Ему нравилось абсолютно все – компания, аромат сациви, музыка. Он расслабился и совершенно забыл о предстоящей миссии.

– Он женоненавистник, – пробурчал Сергей, дожевывая крылышко цыпленка.

Артем вопросительно взглянул на него.

– После того, как его жена ушла к его лучшему другу, – сказал Слава, – но это запретная тема.

– А Марина? Разве они не вместе? – спросил Артем, – Она прелестная девушка!

– Это она в него влюблена. Но безответно, – Анзор тяжело вздохнул, – если бы она полюбила одинокого грузина, он бы сделал ее счастливой!

Все засмеялись.

– Ты, Анзор, вздыхаешь по всем девушкам в обозримом пространстве, – Слава, улыбаясь, обвел руками вокруг себя, – бери пример с меня, – степенный, женатый человек.

– Вай, генацвале, что ты говоришь?! Какой степенный, когда кровь играет, как у подростка?! Нееет, навлюбляюсь, вот потом и женюсь когда-нибудь. Да мне всего тридцать один год, рано еще.

– Смотри, Артем, уведут девчонку, какие красавцы в команде, а? – Сергей подмигнул Артему.

– Ну, чему быть, того не миновать… Наташа взрослая девочка, – Наливайте, что ли, вашу хваленую Хванчкару! – Артем протянул пустой бокал Анзору. Он почему-то не чувствовал беспокойства от мысли, что Наташу «уведут». Вино «ударило» в голову, все вокруг биолога приятно кружилось и пританцовывало. «Хм…, кажется, я выпил лишку», – подумал он и снова отхлебнул из бокала.

Девушка танцевала с Игорем и чувствовала, как осторожно он держит ее за талию. Его руки слегка дрожали. Он был явно смущен. Честно говоря, астронавт испытывал смущение крайне редко. Да, пожалуй, что и никогда. Поэтому не знал, как к этому состоянию отнестись и откуда оно возникло. Все его отношения с дамами сводились к диалогу: «Да? – Да.», или «Да? – Нет». И никаких обязательств и недомолвок.

Игорь танцевал молча, словно боясь голосом выдать какие-то тайные чувства. С неведомо откуда взявшейся нежностью прикоснулся щекой к ее волосам и, на мгновение закрыв глаза, вдохнул едва уловимый аромат духов. Наташа с неожиданным волнением почувствовала, как сильно забилось сердце от его вздоха в опасной близости от ее шеи.

Танец закончился, Игорь слегка сжал Наташину ладошку и повел ее к столику. Голова чуть-чуть кружилась, он чувствовал, что если немедленно не возьмет ситуацию под контроль, то …: «Что – то?» Он не мог дать трезвого отчета своим чувствам, но понимал – ни за что на свете не хотел бы сейчас очутиться нигде, кроме как рядом с этой зеленоглазой женщиной. Сердце стучало, словно у подростка на первом свидании. «Ну, надо же, – усмехнулся он про себя, – у Железного Дровосека появилось сердце…».

– Настоящие космолетчики еще и танцуют прекрасно, – Наташа лукаво посмотрела на своего кавалера. Она безуспешно пыталась скрыть охватившее ее волнение. Взглянув на Артема, девушка облегченно вздохнула. Биолог, отчаянно жестикулируя, о чем-то увлеченно спорил с Марцевичем. Лицо у него раскраснелось, глаза сверкали. «Да он пьян, – подумала Наташа, – Когда только успел?» Она никогда не видела своего друга пьяным.

– Спасибо за танец, – Игорь вернулся к своему месту и залпом выпил бокал вина, – Все, друзья мои, отбой. Время не ждет. Надо еще выспаться. Завтра трудный день, – Он бросил в рот клубничку из вазочки и рывком поднялся, – Всем спокойной ночи!

Все поднялись.

– Есть, командир! – Анзор шутливо отсалютовал, и вся команда шумной гурьбой потянулась к выходу.

И никто не заметил Марину, одиноко сидевшую за большим тропическим деревом рядом с их столиком. Она нервно постукивала по столешнице маленькими наманикюренными разноцветными ноготками. Серые, прозрачные глаза излучали холод и жажду мести.

Игорь еще долго стоял на смотровой площадке Луны и, любуясь Землей, размышлял отнюдь не о предстоящем завтра старте.

В памяти всплыли моменты высадки на Луну первых астронавтов Армстронга и Олдрина. Игорь в свое время читал их воспоминания. Пульс Армстронга при выходе на поверхность из космического челнока зашкаливал за 156 ударов в минуту! Вот это были настоящие первопроходцы! А вот теперь на старушке Луне настоящий межгалактический космодром. Звездолеты отправляются на совершенно немыслимые ранее расстояния. Относительно недавно открытая возможность гиперпространственных прыжков раскрыла невероятные горизонты для изучения космоса и миллионов миров внутри него. Командир с усмешкой посмотрел на себя со стороны. «Смотри-ка, напыжился, как павлин, – пробормотал он, – будто это ты все открыл и изобрел… Стоишь, нос задрал, а завтра опять будешь трястись в ознобе, как овечий хвост…»